Динозов проект

Любимые хокку

Хокку из сборника "Летние травы" (Москва, 1997, Толк).
Перевод со старояпонского Веры Марковой.

БАСЁ
"Осень уже пришла!" -
Шепнул мне на ухо ветер,
Подкравшись к постели моей.

На голой ветке
Ворон сидит одиноко.
Осенний вечер.

Что глупей темноты!
Хотел светлячка поймать я -
И напоролся на шип.

А я - человек простой!
Только вьюнок расцветает,
Ем свой утренний рис.

С ветки скатился каштан.
Тому, кто в дальних горах не бывал,
В подарок его отнесу.

На старом поле битвы
Летние травы
Там, где исчезли герои,
Как сновиденье.

В гостинице
Со мной под одной кровлей
Две девушки ... Ветки хаги в цвету
И одинокий месяц.

Скажи мне, для чего,
О ворон, в шумный город
Отсюда ты летишь?

Не думай с презреньем:
"Какие маленькие семена!"
Это красный перец.

Колокол смолк в далеке,
Но ароматом вечерних цветов
Отзвук его плывет.

Минула весенняя ночь.
Белый рассвет обернулся
Морем вишен в цвету.

Роняя лепестки,
Вдруг пролил горсточку воды
Камелии цветок.

Один мудрый монах сказал:
"Учение Дзэн, неверно понятое,
наносит душам большие увечья".
Я согласился с ним

Стократ благороднее тот,
Кто не скажет при блеске молнии:
"Вот она - наша жизнь!"

В ночь осеннего полнолуния
В сиянии луны
Ни одного в собраньи не осталось
Прекрасного лица.

Уж осени конец,
Но верит в будущие дни
Зеленый мандарин.

Ей только девять дней,
Но знают и поля и горы:
Весна опять пришла.

КЁРАЙ
Как же это, друзья?
Человек глядит на вишни в цвету,
А на поясе длинный меч!

РАНСЭЦУ
Осенняя луна
Сосну рисует тушью
На синих небесах.

КИКАКУ
Ливень хлынул потоками.
Кого не обрадует свежесть цветов,
Тот - в мешке сухая горошина.

Что это? Только сон?
Или вправду меня закололи?
След укуса блохи.

ОЦУЮ
Уходящая осень
Красные листья кленов
По пути рассыпает.

ТИЁ
Вспоминаю умершего ребенка
Больше некому стало
Делать дырки в бумаге окон.
Но как холодно в доме!

БУСОН
Луна сквозь дымку ...
Лягушки пруд замутили.
Где вода? Где небо?

Прохладный ветерок.
Колокола покинув,
Плывет вечерний звон.

ИССА
Вот выплыла луна,
И самый мелкий кустик
На праздник приглашен.

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи
Вверх, до самых высот!

Наблюдаю бой между лягушками
Эй, не уступай,
Тощая лягушка!
Исса за тебя.

О, до чего мне стыдно
Слушать, лежа в тени,
Песню посадки риса!

Лагода-Шишкина

Приветствую тебя, Странник!

Как-то раз я разбирал старые журналы и книги и откопал, не побоюсь сказать, клад! Это были рисунки О. А. Лагоды-Шишкиной. В большой папке, с завязками на каждой стороне. Желтые листы плотной бумаги, на некоторых, от старости, раскрошились углы. Я стал неспеша их перелистывать и неожиданно для себя окунулся в мир легкого и прекрасного карандашного рисунка. Я был настолько обрадован и взволнован, что решил эти рисунки отсканировать и сделать небольшой сайт, дав, тем самым, возможность всем наслаждаться этой красотой.

Альбом имеет титульный лист и предисловие составителя. К сожалению, титульный лист очень плохо сохранился, и поэтому, при сканировании, картинка получалась неудовлетворительной. В связи с этим титульный лист сайта сделан простым шрифтом, однако, с сохранением пропорций текста и промежутков. Предисловие я перепечатал без изменения стиля, формы и орфографии. Хотя буква "еръ" была заменена на букву "е" - из-за отсутствия ее в раскладке клавиатуры.

К сожалению, в альбоме отсутствовали некоторые листы (13, 18, 33, 34, 40, 43, 46). Буду очень признателен,если кто-то вдруг восполнит этот досадный пробел.

О тех, кто работал над альбомом:

  • Составитель А. Сомов
  • Фото-Типо-Литографiя В. И. Штейнъ, Почтамтская, 13
  • Дозволено цензурою, С.-Питербургъ, 23 Ноября 1887 г.
  •  

     

    ероятно, только очень немногимъ известно имя художницы, рисунки которой воспроизведены въ настоящемь изданiи. Въ скромной тиши возникъ и развивался ея талантъ, и едва успель онъ распуститься пышнымъ цветомъ – смерть пресекла ея молодую, полную силы жизнь. Произведенiя этой художницы не являлись на публичныхъ выставкахъ, не расходились по рукам любителей искусства, не попадали въ общественныя и частныя галереи, не распространялись въ печатныхъ и иныхъ снимкахъ: художница берегла ихъ про себя, какъ плоды своего любовнаго изученiя природы, дорогiе для нея самой, но, по ея мненiю, еще недостаточно совершенные для того, чтобы можно было являться съ ними предъ публикою. Только близкiе люди и кружокъ художниковъ имели возможность любоваться работами О. А. Лагоды-Шишкиной, высоко ценили ея дарованiе и пророчили ей въ близкомъ будущемъ громкую известность. Когда же ея не стало, съ сердечною болью причислили они ея имя къ именамъ техъ молодыхъ представителей русскаго искусства, которыхъ какой-то злой рокъ, тяготеющiй надъ нимъ, то-и-дело уноситъ вь безвременную могилу – къ незабвеннымъ именамъ М.Лебедева, Ф. Васильева, М. Кудрявцева, Р. Судковскаго, Ф. Чагина и многихъ иныхъ.

    Ольга Антоновна Лагода родилась въ Петербурге, въ 1850 г. Съ раннихь летъ, горячо любя природу и чувствуя влеченiе къ искусству, она предалась изучению преимущественно пейзажной живописи. Артистическое образованiе свое начала она въ Академiи художествъ, а окончила подъ руководствомъ И. И. Шишкина, вскоре сделавшагося ея мужемъ. Нестолько уроки и советы этого наставника способствовали быстрому развитiю врожденнаго дарованная молодой художницы, сколько усидчивая работа непосредственно съ натуры. Лагода-Шишкина рисовала и писала постоянно, почти безпрерывно, все то, что представлялось ей любопытнаго в поляхъ, лугахъ, лесахъ, рощахъ, оврагахъ, задворкахъ и всяческихъ трущобахъ, повсюду подмечая и схватывая живописную сторону или всего даннаго уголка, или его частностей. Чрезъ это, въ течении всего трехъ летъ, она прiобрела такую верность взгляда и ловкость руки, какимъ могъ бы позавидовать любой мужчина-художникъ, но которыя соединялись въ ея мастерстве съ чисто-женскими деликатностью чувства и изяществомъ работы. Мало-помалу, у нея составился огромный запасъ рисованныхъ карандашемъ и писанныхъ красками этюдовъ – богатый матерiалъ для картинъ, которыхъ она, къ сожаленiю произвела очень немного, вследствiе ранней своей кончины. После смерти, постигшей ее нежданно 21 iюля 1881 г., весь этотъ матерiалъ остался въ наследство ея мужу. Самую интересную часть этого наследства составляютъ рисунки, исполненные карандашемъ и отчасти перомъ. Избранные изъ ихъ числа, вь количестве пятидесяти, помещены въ настоящемъ сборнике, въ точныхь фототипическихъ снимкахъ. Выпустить ихъ въ светъ побуждаетъ издателя нестолько благоговенiе къ памяти своей дорогой ученицы и подруги жизни, сколько желанiе познакомить друзей искусства съ произведенiями малоизвестной имъ талантливой художницы, могущими доставить имъ эстетическое наслажденiе, а еще больше – желанiе наделить молодыхъ людей, изучающихъ рисование, полезнымъ пособiемъ при ихъ занятiяхь.

    Вь преподавании рисованiя важную роль играеть изученiе карандашной техники. Для ея усвоенiя, въ нашихъ школахъ и на частныхъ рисовальныхъ урокахъ, обыкновенно заставляют учащихся, независимо отъ рисованiя прямо съ натуры копировать такъ называемые «оригиналы». Въ значении последнихъ, по большей части, употребляются литографiи, исполненныя бойкими иностранными рисовальщиками, красиво, но не съ живой действительности, а наобумъ, по воспоминанiямъ природы, или съ картинъ более или менее известныхъ мастеровъ.

    По части пейзажа, до сихъ поръ еще не вывелись изъ употребленiя такiе слащаво-манерные оригиналы, какъ литографии Фероджiо, Гюбера и перерисовки этюдов и картин Калама, когда-тo прельщавшихъ своею поэтичностью и изяществомъ, но далекихъ отъ голой правды. Излишне было бы распространяться о томъ, до какой степени опасны подобные образцы для юноши, практикующагося въ рисунке: прiучивъ свой глазъ и руку къ формамъ и штрихамъ такихъ оригиналовъ, онъ утрачиваетъ способность видеть природу непосредственно и передавать ее посвоему: она представляется ему неиначе, какъ сквозь призму чужаго взгляда, искаженною, окрашенною въ условность, и отделаться отъ этой призмы иной разъ не удается ему никогда. Другая опасность иностранныхъ оригиналовъ для русскаго ученика искусства заключается въ томъ, что они изображают природу чуждую его отечеству: привыкнувъ рисовать пиньи, кипарисы, лавры и иныя иноземныя породы растений, онъ невольно навязываетъ ихъ формы своимь роднымъ соснамъ, елямъ, березамъ и пр., когда потомъ начинаетъ заниматься ихъ этюдами съ натуры. Совсемъ другое дело – оригиналы, которые, подобно рисункамъ Лагоды-Шишкиной, передаютъ нашу природу такою, какова она есть, безъ малейшихъ прикрасъ и измененiй, безъ всякой манерности и условности, и притомъ отличаются вполне развитою, образцовою техникою. Копированiе такихъ рисунковъ можетъ принести не вредъ, а существенную пользу желающимъ освоиться съ прiемами карандшной работы, для того, чтобы впоследствiи применять ихъ къ свободному, самостоятельному воспроизведению русского ландшафта.

    Если предлагаемый сборникъ хотя отчасти послужитъ въ эту пользу, цель его издателя будетъ достигнута.

    А. Сомовъ.

    Найденные рисунки

    В старых журналах нашел папку с рисунками.

    Просто не могу не поделиться со всеми своей радостью.


    Камешки